О перволжи и антинародности

Этим словом "перволожь" я называю ту самую главную ложь, которая легла в основу нынешнего российского государственного устройства и от которой отпочковались все остальные ветви вторичной лжи.

"Кто, если не Путин? Назовите мне фигуру, равную Путину! Где она?" – сколько раз вы слышали этот вопрос, вроде не имеющий иного, чем заложенный в него, ответа.

Но Путин – это не человек среднего роста с походкой вразвалочку, в красивых тёмных очках и дорогом костюме. Точно так же, как Трамп – не здоровенный детина в красном галстуке, а Меркель – не бесформенная тётка в блеклом брючном костюме.

Путин, Трамп, Меркель, Макрон и все прочие политические лидеры или те, кто претендует на эту роль в Америке, России, Германии, Франции – персоналии, олицетворяющие тот или иной политический курс. И отдавая им свои голоса, люди голосуют не за очки, галстуки, костюмы или походку, а за те политические и экономические решения, которые эти деятели будут принимать.

Это происходит в результате общенародных выборов, когда избиратель в условиях равной политической конкуренции кандидатов на высшую должность делает свой выбор.

Всё вышесказанное вовсе не означает, что буржуазная демократия – панацея от всех бед. Она страдает множеством пороков, они всем известны, и перечислять их здесь не будем. Однако она, хоть и с оговорками, позволяет населению избрать того, кто вызывает у него наибольшие симпатии.

Поэтому если бы в США, в Германии или в Великобритании кто-нибудь выступил с лозунгом: "Кто, если не Хиллари Клинтон?", "Кто, если не Ангела Меркель?" или "Кто, если не Тереза Мэй?" – такого человека сочли бы больным. Или идиотом. Или дешёвым политическим демагогом.

Потому что на такие вопросы уже как минимум пару столетий существует однозначный ответ:

– Не знаю, кто. И не могу знать. Выборы покажут!

Выборы – это не только список кандидатов, иногда самых неожиданных, но это ещё и открытая возможность их увидеть, услышать и сравнить в ходе открытых публичных дискуссий.

И эта возможность, равно как и защита кандидатов от любых ущемлений их прав, гарантируется законом. А любое нарушение этого закона карается чрезвычайно сурово. Желающие могут припомнить, например, судьбу президента Ричарда Никсона, отправленного в отставку за попытку всего чуть –чуть подыграть себе на выборах.

 

Конечно, дурак – картегория интернациональная. Эта публика есть везде. И вполне возможно, что кто-то голосовал за Хиллари Клинтон, потому что у неё красивая сумочка или брошка на пиджачке, или за Путина, потому что у него классные очки. Но такие люди не делают политической погоды, окончательный выбор в любой стране принадлежит не умственным калекам, а тем, у кого "варит голова".

Всё это вместе называется буржуазной демократией и буржуазным парламентаризмом.

Автор этих строк никогда не являлся её апологетом. И тем более никогда к ней не призывал, даже в порядке эксперимента! Это сделал совсем другой человек – нынешний Президент России Путин. Именно ему принадлежит определение себя самого как либерала и демократа, а государственного устройства Российской Федерации – как буржуазно-демократического.

И это и есть та перволожь, от которой пошли все остальные лжи.

Буржуазная демократия не бывает без буржуазных выборов. Или это уже не демократия. Назвать страну демократической и в это же время лишить её выборов – означает солгать.

А буржуазные выборы – это такая процедура, когда, например, на Первой кнопке о выдающихся заслугах Путина вещает Киселёв, Соловьёв или Скабеева.

А на Второй кнопке о себе рассказывает Ксения Собчак.

А на третьей – Павел Грудинин или Николай Платошкин.

И все – в равных долях. И все говорят о том, о чём хотят. Без всякой цензуры и предварительной редактуры.

А ещё это публичные дебаты. И все остальные доступные способы, которыми кандидат может донести свои мысли до избирателей.

Вполне вероятно, что в таком случае миллионы бросятся голосовать за Собчак. Или за Сурайкина. Или за Гозмана. Имеют право! Народ – высший носитель справедливости, он – единственный и подлинный суверен. И ему решать, как жить. А дело избранного главы государства – лишь следовать предложенной им программе.

И если народ решил, что ему пора самоубиться и выбрать Собчак, Гитлера, Хиллари или Гозмана – никто не имеет права помешать ему! Так работает буржуазная демократия.

Кому-то очень не нравится Павел Грудинин. А мне очень нравится. Кто прав?

Народ! Выборы покажут, кто прав. Возможно, я; а возможно, совсем другие люди, которые симпатизируют, скажем, Гозману.

Однако быстро научившись от Запада строительству финансовых пирамид, науке всучивания народу кабальных кредитов и микрозаймов, платным образованию и медицине, произволу работодателей, пошлости на телевидении и в театре, власть как-то забыла, что помимо этого там есть и выборы. От которых зависит и платная социалка, и культура, и гарантии населению. И весь государственный курс.

 

Более того, власть фактически отменила эти выборы. Заменила их шельмованием неугодных, возвеличиванием приближённых, затыканием несогласных ртов и бесконечной демагогией вперемешку с враньём о собственных успехах.

А есть ли успехи на самом деле? Кто-то говорит, что они просто циклопические, кто-то – что насквозь липовые и высосанные из пальца. Кто прав?

Опять народ!

Если успехи есть – он перевыберет действующую власть. А если их нет – скинет её. И выберет другую.

И было бы запредельной тупостью думать, что президент Путин или кто-то другой способен улучшить демократию, убрав из неё выборы.

Это как нельзя улучшить автомобиль, убрав колёса или мотор. Он тогда не поедет.

Общенародные выборы можно вычеркнуть из другой политической конструкции – из диктатуры, военной хунты или абсолютистской монархии. Но эти режимы изначально не лгут своим гражданам и не называют себя демократическими.

И дело не только во лжи. Дело в дезориентации народа. На словах заявляя о себе как о демократии и на деле проявляя себя как единоличная диктатура, режим лишает людей естественной человеческой инициативы, осмысления себя и своей роли в обществе.

И это касается не только политики. Изначальная ложь трансформируется в неверие всем без исключения государственным и общественным институтам: культуре, науке, образованию, экономике, промышленному производству и т.д.

А если всё это так и при этом власть категорически несменяема, то что делать? Выходить на улицы? Уходить во внутреннюю эмиграцию? Уезжать из страны?

Здесь важно понимать то, что вы вполне можете ошибаться в ваших ощущениях. Они всегда субъективны. То, что кажется вам плохим, нечестным и пошлым, на самом деле вполне может быть совсем другим.

Вы можете не любить Киселёва, Сердюкова или Ротенберга. А кто-то уверенно считает, что это лучшие в журналистике, бизнесе или в хозяйственном руководстве. Как узнать, кто прав?

При буржуазной демократии ответ дать могут только выборы!

Потому что и Киселёв, и Ротенберг, и Сердюков – это всё та же власть, принимающая различные ипостаси.

И только выборы, честные, открытые и состязательные, способны расставить здесь все точки над "i". Потому что выборы – это мнение о Киселёве, Сердюкове, Ротенберге и иже с ними не одного, не десяти или ста умников, но всего народа. А народ всегда прав. Даже когда не прав. И заменить собой народ не может ни один человек в мире.

 

Что такое антинародность? Существует распространённое, но при этом ошибочное мнение, что это политика, намеренно ведущаяся против интересов народа.

Антинародность – это симуляция государственного устройства. Политика, ведущаяся вообще без учёта народных интересов, так, словно этого народа и не существует вовсе.

Политика, при которой те, кого народ никогда не избирал, принимают от имени этого народа решения, о которых он никогда не просил. Во имя интересов ничтожно малой группы лиц, поставивших знак равенства между собой и народом
➡ Источник: https://publizist.ru/blogs/111926/34527/-

Показать грудь мужу подруги

Ксения Собак опубликовала фотографию:


Фото: Соцсети

Слева -- Глюкоза, мужу которой Собчак когда-то направляла фотографию своей пилотки, справа -- какая-то другая подруга Ксении.

Фотография, как фотография: обычные бабы, много фотошопа.

Тема, в общем-то, выеденного яйца не стоит, если бы не одно «но».


В подписи к снимку фотографом значится муж женщины справа, постановщиком -- муж Собчак.

Что же получается?

Две семейные пары решили отдохнуть вместе. К ним прибилась абсолютно ненужная своему мужу Глюкоза.

Представили?

А теперь представьте себя на месте этих людей.

Девки, вот вы бы стали светить соски перед мужем подруги? Ну, допустим, засветили. А дальше что? Все вместе отправитесь ужинать?
Мне одной это кажется чем-то не совсем нормальным?

Я -- ханжа, или это действительно фу -- показывать сиськи мужу подруги?

Вот сидит такой Богомолов, жрёт какой-нибудь фрукт, а напротив -- Глюкоза или та баба, что справа. И этот самый Богомолов теперь точно знает, как выглядят соски и той, и другой. Как, впрочем, и муж той, что справа, тоже в курсе, как выглядит грудь Собчак.

Девки, можете себя представить в такой ситуации? Вы бы смогли показать грудь мужу подруги? Попозировать перед ним топлесс, например?

Пацаны, а если ваша жена снимет лифчик перед мужем подруги, как вы к этому отнесётесь? Вам будет комфортно бухать с мужиком, который вживую видел соски вашей жены?

Мне, правда, интересно.

А ещё мне интересно, почему на фотографии, размещённой в блоге Собчак, у неё есть, хоть и хлипенькая, но грудь, а на фотографиях, размещённых в аккаунтах её так называемых подруг этой груди нет от слова «совсем»?


Фото: Соцсети

Куда делись сиськи? Причём у всех?

"У шведской молодёжи массово поехала крыша": Сатановский о росте числа трансгендеров Швеции на 1500%

Загружается...

Популярное в

))}
Loading...
наверх